Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Здравствуйте, товарищ читатель!
Мне 14 лет, я очень люблю японское аниме!! Пишу и читаю фанфи
Сразу и не скажешь, но перед вами ученый-химик с заторможенным психологическим развитием. Аниме отлично расширяет границы восприятия и помогает в науке, кстати.
Не то, чтобы я мог пожелать вам приятного просмотра. Скорее, удачи.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:12 

Warhammer 40000 Battlereport: 3000 pts IG vs IG

Люблю причинять людям радость!
Дата: 9 ноября 2013.
Место: клуб "Генерал".
Мероприятие: игра в Warhammer 40000, по 3000 очков на сторону.
Участники: Melhar (73rd Stalinvast Imperial Guard regiment), Seliverstaff (73rd Imperialis Imperial PDF Regiment).
Сценарий: Killpoints, Deployment 12" from broad edge, no nightfight rolled.


Игра, организованная нами, - это целое мероприятие, приуроченное к освобождению от оков работы ценнейшего члена коммьюнити - Мельхара. На нее, помимо участников, собралась еще целая толпа фанатов этого столпа моделизма, которая истекала слюной, наблюдая наше полуролевое действо. Заодно в рамках междусобойчика мы оба пытались подучить правила давно уже не новой шестой редакции под грамотным руководством лучших игроков клуба, организаторов турниров и просто наших хороших друзей.

Набор войск осуществлялся тривиальным образом. Melhar, согласившись на формат партии в 3000 очков, был вынужден почти что опустошить полки, оставив дома лишь солидную часть пехоты. При этом, к сожалению, те множественные самолеты, которые всегда водились у него дома, он ранее одолжил поиграть, поэтому в партии участия они тоже не принимали. Seliverstaff же недавно покрасил очередной взвод в 50 человек, а также завершил первую половину танковой эпопеи, полностью доделав шесть тяжелых танков. Очевидно, он - ну то есть я - решил выставить все новые войска на стол и буквально засыпать оппонента пехотой.

Давайте перейдем к самому интересному и посмотрим, как проходила игра.

1. Расстановка.

Я выиграл расстановку, так что мне выпала доля расставляться первому. Было принято (неверное) решение поставить на стол предельно малое число уязвимых целей, занять Мельхара танками, попытаться уничтожить за время первых ходов - до полного вывода резервов - наиболее опасные для пехоты цели, ну и банально лишить половину армии оппонента целей, по которым стрельба была бы эффективной. К сожалению, ничего из вышеперечисленного не удалось.




Расположение Мельхара на столе выглядело просто пугающе:





2. Первый ход.

Мой первый ход прошел абсолютно бездарно. Наиболее острым переживанием стал для меня было удавшийся раш легкого мельта-танка Tsukasa Hiiragi, успешно выехавшего (с флэтаутом) прямо в позиции Мельхара и угрожающего ему оттуда очень_крупными_неприятностями (по новым правилам на полный урон по всему шаблону мельта-танк, несмотря на малый радиус поражения, стал еще более смертносным). Коллективным огнем чуть ли не всего фланга прорыв удалось остановить, но буквально на тоненького:



То, что в мои расчеты вкралась с самого начала ошибка, стало очевидно после первой ракеты от мантикоры. По глупости своей я привык, что у меня про запас есть средства поражения ракетной или дальнобойной навесной артиллерии, но в этот раз у меня не было решительно ни-че-го, кроме соединения ОБТ Леман Расс Демолишер, которые, будучи изначально отправленными в резерв, имели 2/3 шанс выехать именно к мантикоре (но не выехали, конечно же). Печальные результаты моей невнимательности и общей сырности можно наблюдать на полевой фотографии ракетного обстрела танковых позиций.



На "основном" фланге оборонительный кулак танков за рокритовыми десантируемыми укреплениями образца "Аквилла" (блин, я скоро уже сам лопну от смеха) нещадно обстреливается противотанковыми орудиями. Несчастная немногочисленная пехота поддержки буквально аннигилируется превосходящими силами - огнеметным хелхаундом и ОБТ Леман Расс с Нова-пушкой. Останавливать этот клин бронетехники Мельхара просто нечем.



Немалый вклад в уничтожение моих сил с самого начала вносили ЗПК Гидра, которые пылесосили фактически все, что могли увидеть, даже если оно было на другом краю игрового стола. Только в середине партии мы наконец вспомнили, что им новым FAQ прописали скайфайер, который почти полностью сводит на нет их способности в наземном бою.



Мельхар, многозначительно ухмылявшийся в ответ на мой сарказм о полезности ратлингов, сумел не раз доказать в ходе партии, что этот юнит действительно может. И правда, а чтоб ему не мочь - инфильтра, стелс, снайперы...




3. Второй ход.

На начало второго хода у меня была одна надежда - что ОБТ Демолишеры прибудут из резерва немедленно и со стороны мантикоры (как я уже спойлерил, им удалась лишь первая часть задания), а пехота капитально задержится. Собственно, благодаря Мельхару и его советникам командира, надежды в целом сбылись, - помогли отрицательные модификаторы флотского офицера. Однако, прибытие далеко не последнего противотанкового оружия армии и единственной единицы, способной на уничтожение ракетной установки, с нежелательной стороны сокращает мои шансы на победу. Для еще большего задора игры мои Демолишеры, подчиняясь древнему инстинкту еще восьмилетней давности (примерно тогда мы с Мельхаром начали потихоньку собирать ЛОТР-вахаму), подстрелили сами себя. Впрочем, я узнаю свои танки, что не может не греть душу.



Потоки огня, изрыгаемые другими танками, не приносят видимого успеха. Хорошо пробивают идущие во втором эшелоне химеры ОБТ Леман Расс Экстерминаторы с автоматическими крупнокалиберными пушками и ворохом дополнительных вооружений, но химеры теряют оружие, гусенички, оптику, но взрываться отказываются.



На другом фланге мне удалось вывести из резервов первый взвод в пятьдесят человек, который под прикрытием мощного танкового огня продвигается вперед (ну а что ему еще делать?).



Обычным ОБТ ЛР удается фугасными снарядами подбить химеру Мельахара, совершающую в составе небольшой группы прорыв в сторону новоприбывшего взвода пехоты. Хоть БМП не взорвалась и даже не развалилась, но потеряла какую-то важную деталь ходовой, встав до конца игры.



В ответ Мельхару удается десантировать прямо в центр моего танкового построения противотанковый десант штормтруперов-мельтаганщиков, которые с известным только им задором сжигают мне с поправкой насовсем оба экстерминатора.




К Мельхару приходит из резервов соединение ОБТ ЛР Панишеров с огромными вращающимися всеимеющими шестиствольными скорострельными крупнокалиберными пушками (да, мне они тоже нравятся).



Впоследствии именно на эти танки ляжет тяжелая работа по уничтожению невероятной толпы прущей вперед пехоты.




4. Третий ход.

К началу третьего хода обитавшая неподалеку (чистила самолетики и матильды для FOW) маленькая лоля по кличке Сестрица, известный в узких кругах художник и игрок с большой буквы Л, заявил, что мне надо было отправлять в аутфланк платун, напичканный мельтабомбами под самое горло, причем деленный на отдельные отряды, и чаржить все, до чего смогу дотянуться. И где он был раньше, а? На самом деле, я жутко проигрывал. Оба новых платуна вышли на стол (комиссар Яррик, кстати, все еще фелонил на подоконнике, и его можно понять), причем один было решено пустить на своевременное удаление из игры мельта-десанта и выбужавшего из соседних кустов сентинеля. Все бы ничего, но платун, который раньше в честном бою пятьдесят на одного за одну партию забарывал трех демонпринцев и хорнитов, ну или Мефистона, ну или, например, штернов или терминацию какую, безнадежно проиграл рукопашный бой отрядику из пяти человечков (в котором на момент рукопашной схватки уже осталось три штурмовика после любовного заряда огнеметом).




Мы оба выли от счастья, ради таких моментов и стоит играть в Вархаммер!
На столе тем временем наступил третий ход Мельхара. Мантикора - будь она докрашена уже наконец - накрыла соединение ОБТ ЛР (которое без нифига, - а, ну да, последнее полуживое), а заодно почти что размазала по столу главный командный отряд, впоследствии добитый огнем ратлингов с крыши.




Высадка штурмовиков-десантников с плазменными ружьями прошла не слишком гладко - неверными целеуказаниями, ветром и пролетавшими трусиками их унесло из задней арки Леман Рассов в переднюю, которую, хоть полгода обстреливай из плазмагана, не проймешь. Впрочем, их коллегам из третьего десанта - с мельтаганами опять же - повезло еще меньше - они все умерли они все просто слишком много пили водки и никуда не полетели. Процесс пылесосинг пехоты был в полной мере развернут на моем левом фланге. Кажется, моя амбициозная идея армии в 300 пехотинцев накрывается о то, что их действительно можно убирать быстрее, чем они набигают. Печально.



На этой фотографии четко видно, что вся зона боевых действий, доступная для накрытия танков правого Мельхарового фланга, уже спылешошена под корень. Это, товарищи, полный полярный - привет.





Объявляется конкурс на фразу, которую должна произносить эта машина-Рена. Я долго думал, сразу отринув очевидные варианты "Mozzafucka burn!", а в итоге счел, что отсутствие надписи суть тоже харизматичный сценарный ход.




5. Четвертый ход.

К четвертому ходу я принял волевое решение просто мочить все вокруг, до чего сумею-таки дотянуться нерезиновыми взводами, два из которых были почти полные, а первый - почти кончившийся. Впрочем, не считаю подобное решение неграмотным, - ведь я остался без танков (последний из них - ОБТ ЛР Демолишер - спалили из мельтаганов с особым цинизмом ветераны). Поэтому я просто двинулся вперед в надежде дотащить сержантов с мельтабомбами до хоть какого-то танка.



И мне это удалось - на левом моем фланге обрезки первого взвода закидали мельтабомбами химеру так, что она буквально лопнула огненным шаром, раскидав обломки и начинку вокруг.



Но этот успех был исключительно временным, для прессы. В реальности же Мельхар на свой четвертый ход устроил мне самый натуральный пинцест и армагеддон, настолько суровый, что даже я сам начал получать неимоверное удовольствие. "Нет, все-таки надо армию в 300 гвардейцев". Объединенный огонь левого фланга Мельхара буквально вбивает в землю до сих пор целый взвод 2:



Следующим тайбрейкером для открытия моего мазохизма послужил прилет вультуры, очень красивой и мощной единицы. Я рад - эт без сарказма - что Мельхар сумел взять и ее. Перед вылетом пилот поставил на что-то деньги и, говорят, даже дал фору другим участникам соревнования. О чем они спорили?





Конец четвертого хода выглядел для меня катастрофически провальным. Вот с чем я его встретил: с Ярриком, пихотом одиноким, а также с ушами от взвода 3. Все они были отсняты военкорами, которые, как и все журналисты, оказались на удивление живучими.





6. Пятый ход.


Мы все-таки решили доиграть. Заключался, по сути, в тотальном уничтожении ушей, а для меня - в серьезном стратегическом и тактическом обдумывании ситуации. Куда направить войска? Кого атаковать? Куда пострелять? Эти вопросы мучили меня с самого начал игрового хода, но провел я за ними не более миллисекунды.










7. Конец игры.

Я, в первую очередь, был рад тому, что повидался с Мельхаром-Начальником. Я уже давно не играл с ним, так что само по себе мероприятие было очень радостным, несмотря на абсолютно разгромное поражение (12-6 по киллпоинтам и мне даже страшно думать о разнице в очках). Но, надеюсь, мы оба были довольны партией, а Мельхар станет чаще посещать наш с ним родной клуб, ведь впереди нас ждет еще немало полных задора и огня битв. Ну и мороженок на фудкорте тоже, конечно!
Если пытаться анализировать ход партии, то не в последнюю очередь, наверно, виноваты наши расписки армий, хотя подобное высказывание никогда не считал аргументом. Конечно, выставлять против полностью механизированной армии массовую пехотную без изобилующего дальнобойного оружия не стоило, но побороться можно было и этим. Обыграл я самого себя, считаю, лишь единожды - на стадии расстановки. Слишком многое было уведено в резерв, откуда выходило постепенно, чтобы быть планомерно и поочередно уничтоженным. Возможно, изначально стоило полностью помещать войско на стол и переть вперед, пусть и под огнем, - ведь все равно кончилось этим. Ну и, конечно, новые шестерочные правила на распределение ран, повреждений и учет спас-броска за укрытие несколько ухудшают мое умение контроля крупных взводов. Иногда случалось, что взвод, находившийся в хорошем укрытии по прошлым правилам, оказывался абсолютно беззащитным с определенной арки стрельбы, что являлось для нас обоих каждый раз неожиданностью, а моим ребятам стоило множества жизней.

Заодно мы получили ответ от Мельхара о прошедшей игре:

"Собственно от себя добавить могу не очень-то и много.
Главная ошибка Ее Высочества (не считая ростера) - платуны огромными пятнами и в резерве, что дало мне время выбить все танкоопасные цели еще до выхода пехоты. После гибели девилдога, демолишеров и ЛРМБТ я мог концентрировать стрельбу всех отрядов на одном взводе, сдувая его буквально за ход-два. По поводу глубин тактики мне вообще сказать нечего, сталинвастцы просто медленно двигались вперед, заливая свинцом и засыпая фуцелином всех кого видели.
И как всегда игра именно с Их Диоксидностью не могла обойтись без эпика. Три штурми давшие по рогам пятидесяти пехотинцам, мантикора, распыляющая танки вместе со своими солдатами (да-да, из шести потерянных киллпойнтов два я сделал себе сам), демолишеры убивающие сами себя, ратлинги застрелившие трех офицеров, спящий три хода в резерве самолет (при наличии в армии астропата) - мимими.

Спасибо Мише за игру и отчетик. Годы проходят, а наши игры не меняются ни на грамм. Быть может еще лет через пять я я постигну Дао и наконец смогу тебе проиграть."

Надеюсь, вам понравился наш энергичный отчет (генки дайооо!). Напоследок я позволил себе немного искрометного юмора:





21:48 

Нитроэмали в мире Warhammer

Люблю причинять людям радость!
Данное сообщение миру имеет во многом характер записок для себя самого.
Так сложилось, что как раз в настоящее время я открываю для себя (и всей нашей компании маскулинных горе-художников) нитроэмали в применении к моделькам. Подсмотрели мы этот "прием" у моделистов по анимешным фигуркам (гараж-китам то бишь) из других стран, которые, в свою очередь, ввиду лени, криворукости или чего-то еще не могут в неметаллические металлики (их можно понять), зато вполне аутентичный металл могут воссоздать как раз при помощи обычно автомобильных красок-нитроэмалей с хром-эффектом.

Такая вот преамбула. Суть же состоит в том, чтобы быстро, технически просто, надежно и красиво покрасить армию Tau Empire на очков эдак 3 тысячи. При этом, вопреки всем обычным играм в "зачеркни слова", на сей раз все вышеперечисленные атрибуты у методики должны присутствовать.

Что было сделано?

а). Куплены материалы:
1. Праймер польский по пластику для нитроэмалей бесцветный.
2. Bugtone черный и хромовый - нитро-краски.
3. Растворители всякие, шприцы там и прочая.

б). Взят солдатик, грунтованный обычным для нас акриловым армипейнтором. Покрыт багтоновским черным и залачен валехой (она однозначно не годится, черный дает гладкий слой, который лак портит). По высыханию этого безобразия (около двух дней выдерждки, надеюсь, хватило) все аккуратно продуто хромом, причем, как и было заявлено, в отличие от числа проходов можно получить невероятно реалистически выглядящий металл от вороненого черного до алюминиевого. Причем сверхтемно-металлический оттенок мне самому пришелся по нраву, хоть в итоге я и передул до окраски под натертые хромовые яйца. Акриловый грунтъ пока что ведет себя глиоксалем, посмотрим, что будет через, скажем, месяц.

в). Куда более сложная судьба ждала шилд-дрона. Он был измалеван польским грунтом, а остальные операции не отличались от описанных ранее. Приключения поджидали нас в самом финале - при попытках приклеить к дрону его "рожки"-сенсоры оказалось, что польский грунт...почти лишен половым актом изнасилованной адгезии к поверхности пластика. В итоге рога остались вместе с тремя слоями краски и слоем лака, а моделька лишилась части окраса. Я аккуратно подмандил это местечко, а потом снова приклеил рога, уже по схеме пластик-к-пластику (так как все остальное было безжалостно отрезано). Рога, кстати, красились исключительно по традиционной технологии высветлением черного в белый. Какие выводы делать из всего этого? Пользоваться ли польским грунтом?

г). Общие замечания также будут такие:
1. Модель, как и всегда, надо собирать не полностью, но в будущем металлические части - по максимуму.
2. Причем все стыки мазать зеленкой, а все крупные поверхности нещадно шлифовать (зерно 800-1000), - и это, блин, не шутка. Шероховатости реально видно, они портят внешний вид.
3. Шлифовка механическая прямо по краске, которую заявляют во всех мануалах, пока не освоена. Я попробовал шлифануть и дрона, и костюм (после нанесения лака и черного), но в итоге только содрал краску (эти дефекты, кстати, тоже нещадно просвечивают). Больше так делать не надо.
4. Черный дуется крайне плохо через мелкое сопло (впрочем, в инструкции так и было написано для самых умных). Что же, теперь я предупрежден. А вот хром идет хорошо даже через 0.4 мм. Давления соблюдал в соответствии с инструкциям к краскам.
5. Шприцы легко моются от нитроэмалей погружением в спирт и последующим механическим отдиранием образующейся дискретной пленки нитроэмали. Все очень просто.
6. Аэрограф тоже очищается на раз (хуле, в химической-то лаборатории!). Я лично промывал его ацетоном под давлением, затем разбирал и снова тщательно мыл все ацетоном. Р650 тоже очень даже годится (на то она и мать на то он и Р650).
7. Хм, вот еще что забыл. Раз клеится все так дурно, полагаю, что вообще все места будущей склейки надо штифтовать, а реальное соединение деталей на клей проводить тогда прямо при помощи штифтов, а не поверхностей.
8. И да - одна из самых важных новостей-то! - акриловая краска, по крайней мере, на мои шероховатые поверхности, ложится так, что не сдерешь. Выводы сделает любой дурак, и все эти выводы очень даже приятны.

Финальные соображения не изменились. Польский грунт при более толковом выдерживании не отлетает так уж легко, так что все в порядке. Приклеивание обвеса на кризис батлсьют прошло абсолютно гладко. В итоге получили что-то такое:




23:11 

Нащупал розовый мозгами.

Люблю причинять людям радость!
Из лабораторной жизни, история болезни Принцессы:

1.
Сотрудник А:
- Я понимаю, тионил воняет, но не каждый же день розовое масло сюда носить, верно?
Принцесса:
- Розовое масло?
Сотрудник А:
- Да, розовое масло.
Принцесса (вопрощание):
- А розовое масло вообще пахнет?
Наступает неловкая пауза, которую никто не смеет нарушить. Две минуты комната занимается своими делами.
Принцесса (радостно):
- А, то самое розовое масло! Которое из роз?
Сотрудник А:
- Ну да, а какое еще бывает?
Принцесса (смущенно):
- Ну как, такое вязкое, на пол разливаешь, - все становится розовым, красивым, блестит и скварчит под ногами...
Сотрудник А (спокойно):
- Да, я догадывался, что имеем дело с альтернативным развитием...

2.
Дипломник L:
- Миша, а мне кажется, вы принимаете наркотики. Ну не бывает такого, чтобы вас каждый день так перло.
Принцесса:
- Ах, если бы я принимал! Тогда бы мир вокруг соответствовал тому, что я и без того вижу, - жизнь бы стала размеренной и спокойной!
Сотрудник Б прыснул смешком.

00:32 

Калуга. Солдатики. Турнир. Кьюбей.

Люблю причинять людям радость!
На выходе из ТроллейБаса Москва-Калуга. Поражены качеством электроцентрали сетевого питания троллейбусов, протянутой аж на все 160 км пути. В троллейбусе забавлялись просмотром аниматографических фильмов непристойного содержания. Принцесса капризничала, Сестрица подзасыпала и потягивала чинно чай.

Мы также, как и всегда, умудрились найти поезда и вдоволь нафапаться.


Тем временем духовный глаз Принцессы выцепил при помощи фототехники следующие компрометирующие кадры:

Мы еще напоролись на команду гопов, распивающих и раскуривающих ручки на макете поезда, а в итоге и отобравших у нас солдатиков на Калужский турнир. Таким образом, на турнир мы так и не попали, а вот, судя по фоточкам, эти гады позабавились вдоволь с нашими армиями!

Владелец очень "яичного" ростера:

По пути на межгалактический перевалочный пункт "Q-bay Headquarters" нас обстреляли призраками призраки из этого хоунтед хауса. Мы кинули дружно тесты на додж, прошли, ответили огнем лучезарности и дворянистости. Дом мы оставили в качестве сурового напоминания о жизни в замкадье:

Готичный русхаммер2000:

Не смог обойти красочную праздничную Калугу. Хоть, конечно, постить коренным жителям фотографии родного города, - занятие странное, но, тем не менее, отчего бы не порадоваться еще раз существованию столь прекрасного (такси за 100 рублей!) места!

Дальше мы играли в солдатиков, после чего отнесли террейн по местам.


К слову, о турнире. Действительно, вышло выше всяких похвал. Начать с того, что Комиссар принял нас радушно, в свойственной ему манере, кормил и поил нас. Бесплатность турнира - то бишь просто полное отсутствие любого рода взносов - это приятный сюрприз. И не то, чтобы мне было жалко денег, но сие - суть демонстрация продвинутого в калужском сообществе коммунизма и человеколюбия, альтруизма, сплоченности в идеях и прочее, прочее. все демонстрирует высокую организованность участников коммьюнити. Спасибо всем игрокам и соперникам: Scythe, Irbin, DaBlackTemplar, Кьюбею. Игры прошли живо, интересно, остросюжетно. Впрочем, что там воздух сотрясать, - правда понравилось, так что ждите еще раз.
Высокая культура игры:

Кьюбей же, пока мы играли, успел открасить гладильную доску под хохлому так душевно, что та ожила:

Дележка призовых мест и призов. Разбор деталей. Контроль качества отливок и мандеж за покрас.


На следующий день нас ждал полет в космос от перевалочного Q-bay. Всем известно, что Москва - это как другая Вселенная, так что нам требовалось множество реально мощных движков. Мы не придумали лучше, как утащить пару ракет на луноходе. Группа миррористов атаковала местный музей ракетной техники. В результате наскока у нападающих было отобрано по сто рублей.


А что у нас? А у нас спрушки, спрушки, леденцы!


Есть также фоты базы Комиссара, но мы их выложим только с разрешения владельца тайных казематов. Военный объект, что поделаешь...

02:03 

О роли творцества в жзни Дьявола.

Люблю причинять людям радость!
Геннадий сегодня спал дурно.
Не то, что было вчера, - когда он летел в бескрайнем космосе без цели и средства к тому, летел лишь на своей воле к перемещению как к процессу, упиваясь маневрированием меж планет и смертельными зигзагами игр с гравитацией звезд.
Геннадию в лоб ударила холодная капля воды. Мужчина перевернулся, что-то мямля, на своем матраце, но тут же последовала еще капля, залетевшая почти прямо в ухо, оставленное короткой стрижкой безо всякой защиты. Урчал живот, болела голова, но еще одна, уже ожидаемая, капля, снова поразила Геннадия, - надежды снова уснуть не было.
"Холодно. И мокро", - думалось мужчине, продирающему глаза ото сна. Он лежал, свернувшись в клубок, высовывая лишь одну руку из-под грубого легкого шерстяного одеяла, чтобы привести глаза в порядок; вторая же рука оставалась создавать какое-то подобие тепла. Капли воды продолжали падать.
Геннадий решил покинуть ложе и начал спускаться с кровати. Сухие сильные руки, дрожа от общей усталости и вечной - и даже увековеченной - безблагодатности, вцепились в мокрые и ржавые поручни вертикальной лестницы его блока. Осторожно, но весьма резко, - вследствие большого ежедневного опыта - мужчина начал спуск. Когда тело Геннадия оказалось ступенькой ниже, сквозь трещину в крыше, через которую в ангар лилась вода каждое дождливое утро, прорвался сноп света, выхвативший из полумрака колоссального помещения глаз мужчины. Моргнув, глаз стал жадно глотать свет, а хозяин его на миг остановил движение. Дождь в светлый день... Еще ступенька вниз, и мощный свет перестал перебивать картину, открывающуюся из прогалины: огромные ангары, как и их собственный, шпили, трубы, сонм коммуникационных сооружений, каналов и грязных подвесных дорог; потеки серого, ржавого, бледно-оранжевого, коричневого, грязно-голубого...и желтого Солнца, наносящего свои живые мазки на структуры Фабрикатуры. Свет пробивался сверху, из леса технических сооружений, за которым не видно и неба, вниз, прямо к нему, проходя сквозь все и каждый уровни грохочущего и рычащего гиганта.

Понадобилась доля усилия, чтобы сдвинуть ногу еще вниз. Верхний мир, куда можно было попасть, лишь совершив мажорную социальную ошибку, остался снова недоступным. Ниже и ниже... вот показалось лицо Генриха, что лежал под ним на многоярусных нарах. Высокий лоб, красивая щетина и целеустремленные, но добрые, черты лица позволяли интуитивно отличить в нем интеллигентного и рассудительного человека. Вода с верхней кровати Геннадия только лишь начала просачиваться книзу, создавая угрожающую концентрацию на дне матраца, пригодную к образованию новой, желтой от собранной на предыдущей лежанке грязи, капли.
Геннадий спускался еще дальше вниз. Пирогов, Валентин и Ганс - все трое лежали на местах. Кто-то спал беспокойно, кто-то пускал слюну... Дальше Геннадий уже не всматривался в лица и не думал о своих товарищах. Совершая механические движения, он вскоре опустил свою правую ногу на сырой бетонный пол помещения, преодолев четырнадцать кроватных пролетов. До подъема, согласно огромному циферблату электронных часов, закрепленных на проржавевших скобах в торце ангара, оставалось около получаса. Стоило пойти умыться и приступить к завтраку, а позже - к работе. Неспешно подойдя к рядам запрятанных среди прочих техническии-бытовых приспособлений умывальникам, Геннадий осмотрел свое лицо в потертое зеркало, после чего начал, нажимая на селектор опций, стандартную процедуру умывания. Простейшая ЭВМ начала действия, необходимые для выполнения заданной мужчиной программы: подала ему какую-то из своего набора щеток, наполовину негодную, выдавила из тонкой специальной гибкой трубочки пасту, напустила мыльной пены в гигиеническую ложу... Геннадий также заказал бритье. Сегодня - пик карьеры их ангара. Все двадцать восемь тысяч человек во всеобщем порыве манифестируют свою волю высшему разуму, позволяя жить всему миру. Сегодня весь ангар "Семь" станет судьбой человечества на ближайший год. И Геннадий побрился, приведя себя в порядок перед записью в историю.

Большую часть соратников и друзей своего сердца Геннадий встретил уже в столовой. Под мерные звуки оркестра тех, кто умел, любил и хотел играть, все сообщество приступило к принятию чая, кофе, бутербродов, утонченных закусок и прочих яств. Завязались дискуссии, разговоры, братские трения между кружками и обсуждения результатов. Кто-то, нарушая закон менторов, начал принимать пищу для ума параллельно с физической трапезой, развернув книгу прямо на столе. Геннадий же мерно пил горячий кофе, добавляя дурных сливок - из стремления к чувству изысканности. Такое поведение не было редкостью. Так, очнувшийся ото сладкого сна Пирогов, явно едва вытерший слюну с лица, уже обернул вокруг своей шеи вафельное полотенце умывальника на дворянский манер, - похоже, воссоздает и копирует прочтенное в книгах. В противоположность историку-Пирогову, знатному буквоеду и поклоннику излишней и наигранной изысканности, компания оружейных ремесленников явилась измазанной по уши в смазке, в коей они, по слухам, спят на своих койках, не моясь. Дружный коллектив "Семерки" приступил к своему последнему завтраку. Затем зал опустел, отпустив присутствовавших в мириады комнатушек для созидания, творчества, провозглашения и увековечения. Геннадий, сделав немой еле заметный поклон обслуге раздачи столовой, пошел в свою комнатушку. Тут же сидел уже, разложив мольберт, Валентин, наносящий на свою картину последние штрихи.
- Рисую неба облака, куда наш взгляд стремился завсегда, что ощутить мы не могли, но сим сполна довольны мы. Потрогав их, нам будет не дано фантазии раскрыть окно, и навсегда загадка их для нас уж будет решена. Хотите трогать облака? Я лучше тут останусь навсегда.
- Валентин, поздравляю с концом твоего пути. Раскрылся ты, как вижу я. На полотне - красота и леса и озер, сокрыта и скромна, лишь чуткому уму она отдастся. А неба свод твоей мечты в полет манит меня - вчера уж в оном пребыла душа моя.
- Закончить мне работу не дано, ведь созидания процесс, - ты знаешь сам... - тут Валентин умолк, опустив кисть. Его взгляд уперся в прихваченный недавно из рукодельной мастерской смешной коврик на бетонированном полу, сквозь выбоины которого проглядывала рыжая арматура. Она не поддержала блеска глаз Валентина, оставаясь такой же неотражающей. Вскоре Валентин опять приступил к работе, а через час повесил картину на стену, к другим своим творениям, предназначенным Музею. И заплакал тихо в углу. В руке его дрожала все так же крепко сдерживаемая кисть. Геннадий молча наблюдал это, также замерев с инструментом в руках. Его - Геннадия - картина была далека от завершения, и день бы не решил проблемы. Валентин тем временем успокоился, упер взгляд в пол, что позволило Геннадию сосредоточиться на своем деле, оставив беспокойство за соратника. Еще мазок, еще рефлекс, игра со светом, игра с жизнью поляны на холсте. Игра с трубами на холсте. Игра с неизбежностью и оформленностью формы, возможность изменить другой мир. Геннадий был полон внутренних песен и вознесения творчеству, умиротворен.
Резкий звук из слева, - и Геннадий рванул кистью по картине, оставляя глубокий мощный белый диаметральный каплеобразный мазок с нижнего левого в правый верхний угол. "Черт", - выругался художник, одновременно резко оборачиваясь через плечо.
Валентин сидел в углу, все так же склонив голову, всхлипывая, плотно прижимая древко кисти к шее. Тяжело дыша и нервно дергая пальцами, он все-таки встал из холодного бетонного базиса и отправился путаным шагом к мольберту. Все еще молча мужчина достал из запасов малый прямоугольник какого-то древнего холста и начал снова рисовать. Видно было, что движения его приходили в целостность лишь в процессе созидания, видно было, что движения эти не создают дела жизни. Также видно было, что они творили нечто неаккуратное, но еще более великое в свободе своей. Видно было, что Валентин собрался в свой последний вечер. И Геннадий все так же молча, не задавая вопросов, лишь с легкой улыбкой любви обернулся к своей работе, мерно продолжив ее. Так они и работали, пропустив обед и полдник...
Под вечер заглянул к ним Генрих, разнося еду по кружкам.
- В столовой сегодня на обеде не было ни единой души, кроме меня. Я один - дурень никчемный? - с улыбкой из-под бородки молвил местный мудрец, протягивая кульки и пластиковые коробочки с едой. Внутри, судя по формам и запаху, явно таилось в предвкушении потребления невероятное блюдо. - Ребята сегодня сделали столько индивидуальных блюд! Это ваш ужин. Они все равно никого больше у себя не ждут, теперь разносят по мастерским еду, а потом, - кто возвращается на кухню, а кто остается у друзей.
- Спасибо, Генрих. Хочешь - посиди и ты с нами, но мы не говорим сегодня, у нас - работа. Мазок, - а за ним - предвкушение второго мазка. Мы пишем мир, Генрих.
Бородатый сел на свою же куртку между художниками, да так, что едва ли не мешал им, - было тесновато. Он попеременно смотрел то на движения одного, то другого. Сидел... и сидел...
В молчании прошли часы. Мигнула лампа освещения. Валентин начал что-то весьма быстро писать на холсте. Геннадий уже видел бездонность затеи - его друг был все-таки великим талантом. Геннадий видел, что у рисуемого сейчас в этой комнате мира могла бы быть нескончаемая идея и история. Геннадий видел желание мира стать достоянием фантазии.

И свет погас.

Металлический скрежет духового рупора оповестил искаженным, смешанным голосом: "Ювенит людей истощен. Уважаемые жильцы "Семи", мы просим вас пройти в терминальный зал Фабрикатуры. Вас сопроводят и организуют высланные к мастерским менторы". Геннадий мерно встал со стула, аккуратно в полном мраке подобрал свою картину за углы рамы, и, передвигаясь по памяти и на ощупь, добрался до "экспозиции" - импровизированному картинному стенду, на который сотрудники этой уютненькой мастерской вешали свои творения. Чуть позади его зажегся свет спички Валентина, освещавшего себе путь к выходу. В руках Валентин сжимал свою последнюю картину и все то, что было бы ему необходимо для творчества. Генрих следовал чуть позади его. С бледно-серым, теплым лишь от тусклого света единичной спички, лицом, Валентин совершил усилие над ручкой двери. С громким, непривычным скрипом, абсолютно родная дверь отворила путь в один из коридоров ангара "Семь". Через проем трое созидателей увидели троих в серо-синих, насколько можно было отличить в темноте, костюмах, с несоразмерными, изобилующими фресками и стилизованными под перья птиц наплечниками, - по одному на каждом правом плече. Головы были покрыты богато украшенными кепи, лицо почти полностью скрывали массивные очки. Менторы, а это, без сомнения, были именно эти почетаемые граждане, зажгли тусклый электрический фонарь и кивком проводили троицу влево по коридору. Молчание нарушила такая же партия менторов с ребятами из столовой - те звонко спорили и активно жестикулировали. Вскоре к их дискуссии, несмотря на различие тематик увлечений, присоединились все остальные. Менторы же сохраняли спокойствие, при этом кто-то из них отсоединялся и присоединялся к отряду, - трудно было понять, те ли же это лица, или нет.

Вскоре вся "Семь" собралась в огромном, невероятно богато и обильно украшенном центральном зале Фабрикатуры. Мощные своды его пленили взгляд, его величественные картины и фрески, как в храмах, сообщали мириаде собравшихся тут созидателей и фантазеров о важности их миссии. Памятные имена всех, кто жил ранее в ангарах, были нанесены мелкой причудливой вязью на золоченые колонны. Геннадий, проходя мимо этого великолепия в составе нескончаемой колонны своих соратников, сумел выцепить взглядом бережно выбитое "Семь: 2079. Человечество никогда не забудет подвига нижеследующих:"
Геннадий, наполнившись гордостью, был вынужден пройти далее, так и не приметив ни одного имени из списка некогда населявших их помещение.


Наконец, силами остатков Ювенита была запущена колоссальная электрическая, механическая, психокинетическая и лишь ученые умы знают какая машина Тронного Зала Фабрикатуры. Запели цепи передач, зазвенели поршни механизмов, забился пар и выскочили на поверхность разряды. Весь сложный, непокрытый никчемными жалкими застенками величественный механизм начал свою непосильную работу. Размер его не поддавался описанию, лишь чувство полной ничтожности всего сущего пронзало каждого, кто стоял пред ним. Трон работал с невиданной мощью, сокрушая жизни и души творцов. Трон размазживал их кости и плоть, трон выплевывал их кровь и желчь, трон глотал их и бросался гадким, едким черным ихором остатков. Трон выпивал их всех и каждого до основания, не оставляя ничего, кроме Ювенита. Горы сваленного по бесконечным карьерным самосвалам Ювенита, подъезжающим потоком к раздаче. Ювенит наполовину собирался в грузовики, наполовину падал оземь, но человечество, получившее вновь единственный ресурс энергии в умершем мире, было безрассудно.

Валентина, идущего на траволаторе чуть впереди Геннадия, сжевало огромным маховиком, разбросав его ошметки по сумрачным застенкам внутренности трона.
Геннадий, озаряемый лишь одиноким еле живущим техническим красным фонарем, раскинул руки навстречу поглощающей и голодной машине. Геннадий широко улыбался, выполняя свой долг творца перед всеми людьми мира. Геннадий, проживший свою жизнь, давал силу новому сущему. Новому "Семь", новому поколению, новому миру, - и множествам новых миров наших фантазий. Через секунду его позвоночник был с треском измолот в порошок, окропив вослед идущего останками.

Душа Геннадия была продана в рабство Дьяволу, а Дьявол заплатил Ювенитом.
Ювенитом, который не могли воспроизвести ученые. Ювенитом, от которого зависела вся жизнь на умершей планете.

Черный минерал продолжал еще ссыпаться в колонну машин-великанов. Первые же его партии давно поступили в высшие этажи Фабрикатуры, откуда живительная энергия начала поступать во все мощности мира. Умы, бессильные в производстве энергии в любом виде, приступили к консервации Трона Дьявола до следующего года, года "Восьмерки". Чудовищная машина, сопротивляясь, издыхая от проглотства, не поддавалась, хотя и знала свою часть сделки. Менторы же, отпустив последних созидателей к вечным мукам, спокойно развернулись и ушли готовить ангар "Семь" к следующему завозу молодых инфантильных фантазеров. Картины, статуи, произведения оружейного мастерства, научные собрания и результаты экспериментов, колоссальные литературные труды и множество других предметов ценности были собраны воедино, чтобы отправиться, как известно всякому бывшему местному, в Музей. Менторы сбивали все в кучу, разбрасывая по вместительным отполированным и, казалось, стерильным, тележкам. Небрежно сбрасывая весь этот хлам в очередной грузовик, каждый из них знал всю силу и фальшь социальной тренировки касты творцов. Все эти золоченые залы, все якобы увековечивающие тексты, все молебны, что вроде бы проводились там, наверху, в мире абсолютного достатка, в их честь, даже этот мифический "музей", что служит приютом пролонгации жизней их жалких - лишь большая печь для дожига продовольственного мусора. Все они - лишь удачно посаженные самые разумные овощи во Вселенной, - творцы... Всюду мелькали золотые наплечники и синие униформы, изымающие все наследие сорокалетнего урожая до мельчайшей детали. Ничто не должно мешать и помогать развитию следующего поколения жильцов затхлого ангара.

Ведь всем кадровым потомственным работникам-менторам сызмальства известно: " Чем сильнее души, что Дьяволу поставлены, тем больше Ювенита соберется в году". А жить красиво - не запретишь!

 
запись создана: 19.06.2012 в 21:23

00:42 

Впал в детство.

Люблю причинять людям радость!
Нарисовал для ролевой игры... пистолет. ^___^ Вернее, его боковую проекцию.
Волею судеб (Мастера) моему персонажу перепал по факту обрез с пистолетной рукоятью. Не долго думая, я обмазался идеей и нарисовал оный образчик оружейного изврата в примерно 1:1 скэйл. За моделью сокрыто еще немного текста бэкграунда и технических особенностей (устройство УСМ, порядок перезарядки и прочая), которые, наверное, никому не интересны, кроме меня. Безусловно, я добавил их в общие характеристики оружия, предусмотренные правилами игры, хотя на механике это не отразится.
В любом случае, главное сейчас - это картинка.

15:32 

lock Доступ к записи ограничен

Люблю причинять людям радость!
WIP

URL
23:11 

J.Heartbreaker

Люблю причинять людям радость!
Закончил работы над представителем серии портретов, начало которой положила Дороти. На сей раз перед вами - нежный неудачливый покоритель сердец Хартбрейкер, чье существование нельзя назвать человеческим, но трудно найти более человечное бытие. Он добр и мил сердцем, пусть вокруг него и творится всегда разврат и бесчестие. Встречайте :)


Спасибо за внимание!

12:47 

Вчерашний ДР.

Люблю причинять людям радость!
Вчера проходил мой 22й ДР.
Утро я провел за онлайном, который впоследствии удалил. Ибо нечего, хватит продалбывать жизненное время. Недели игры вполне хватило, чтобы составить хорошее впечатление о геймплее, но дальнейшая игра просто лишалась смысла. Итак, я снова в деле: могу красить, рисовать, играть на гитаре. И, наверно, займусь всем вышеперечисленным.
Так вот, да. Вчера был ДР.
Днем мы ходили с господином unyuu~ и моими родителями в суши-кафе, где неплохо поели.
А вечером мы с господином unyuu~ запускали самолетики из бумаги с моего балкона с целью дотянуть до дороги в 50ти метрах от места старта. До цели никто не долетел. Но было крайне весело, так как в процессе мы родили как минимум 20 новых конструкций самолетиков, способных задерживаться в воздухе.
Кончилось все дестроем, заключающимся в установке к самолетикам небольшой пиротехнической ракеты для тяги.
В общем, один из тру-дней рождений.
А ведь прошлый вообще проходил в армии -_-".

00:23 

Подарок И.

Люблю причинять людям радость!
Подарок в честь грядущего экзамена, который, я уверен, она сдаст успешно.
Причина поста столь деликатной картинки - обещал показать нескольким людям, что у меня выйдет из попытки нарисовать сову.

19:23 

Орки. Интеллигентные.

Люблю причинять людям радость!
Собственно, покрасил :)
Было забавно, но своих гвардейских парней красить приятнее.

15:53 

C6 Overwhelming!

Люблю причинять людям радость!
Получен аддукт [C6] с толуолом. МУАХАХАХАХА!!!!
Это типа большой научный результат.
FIXED: ложная тревога, ничего не получено ^_^

15:34 

Финансовый отчет по Аттенборо.

Люблю причинять людям радость!
За время реализации плана на нужды поездки собрано 10к рублей, еще 9к должны выплатить в лаборатории в ближайшее время. 140$ будут отправлены в качестве кассовых сборов в посольство, так что можно считать, что мы имеем в районе 10к на билет, который оценивается в 30-50к рублей. Так как условия моего нахождения и время пребывания не сильно требовательны к финансам, считаю, что большой дополнительной суммы мне не потребуется (10к в зеленом эквиваленте с собой, наверное, хватит).
Итого, из 60к+140$ собрано 10к и 140$. Неутешительно, но ситуация не очень уж дурная.

Ах да, в четверг, надо думать, 13го числа октября 2011 мне удалось синтезировать с высоким выходом трис-триметилсилил-тригидроксибензол, одно из ключевых соединений моей потенциальной кандидатской. Хотел отметить, но как-то не сложилось. Зато радости - полные штаны. Сработала неожиданная схема.

01:11 

#4612.

Люблю причинять людям радость!
Отражение его глаз на стекле смотрело в его же глаза, - взаимно.
Чай в стакане с кружевным металлическим держателем совершал колебания, которые асинхронно ему совершал чай из зазеркалья. Ложка дребезжала о стенки сосуда; но звук сий терялся на фоне множественных, еле ощутимых, но сливающихся в общий громкий хор, звуков ночного общества пассажиров.
Серия из нескольких фонарей, освещавших деревню в ночном лесу, скрыла и чашку, и глаза, и многие иные отражения в стеклах вагона проносящегося поезда, - также ей удалось высветить далекие звезды и красоту зимней ночи. Рот Геннадия невольно приоткрылся, работа мысли совершила усилие, двигая ком рассуждений хоть куда-то. Геннадий пустился в мир звезд, мечтаний и стремлений, очарованный ландшафтом и небом, как вдруг поезд, взревев гудком, совершил резкий поворот, - тут же скрылись фонари, снег, звезды и деревня. Глаза Геннадия смотрели на челку Геннадия. Он перевел их вниз, застав на своем лице праздную, глупую улыбку. Отражение вновь смотрело на отражение. Тяжело вздохнув, мужчина принялся элегантно потягивать чай, будто глуша изысканностью душевную тревогу, а затем стремительно разложил полку и изволил почивать.

Относительно очнувшимся и бодрым Геннадий себя почувствовал только тогда, когда сумел быстрым и широким шагом дойти от вагона до выхода из вокзала города #1. Путешествие его стало уже не только образом жизни, но и самой жизнью, он ассоциировал эти понятия. Движение происходило почти машинально, и, пусть раньше подразумевало начало и конец, то нынче вовсе потеряло всякий параметр координаты, оставшись наедине с субъективным пониманием факта перемещения и смены обстановки. Геннадий же закурил, - небольшие, дорогостоящие, недоступные обычным людям, сигареты, служили ему небольшим доказательством того, что его движение приостановилось в конкретной точке, в реальности (ох уж эти реальности!) же, это действо составляло лишь знак пересадки с поезда на собственные ноги. Тяжелый объемный рюкзак, навороченный всякими кармашками и лямочками, но, тем не менее, аккуратно собранный, давил на плечи всей своей массой, так и требуя подтянуть пару ремешков. Мужчина требование выполнил, после чего добил сигарету, оставив за собой лишь подгоревший фильтр, выкинутый куда попало, - и пошел, поправив нелепую кепку на голове, в предполагаемое место оккуренции "явления".

Его ноги проложили путь от вокзала до остановки транспорта, однако же, профессиональное чутье позволяло надеяться, что времени в запасе еще достаточно, а потому можно предпочесть автомобилям пешую прогулку. Прострацию Геннадия нарушило неприятное пищание его электрических часов - полдень настал. Зимнее Солнце, лишь изредка закрываемое редкими тучками, подсвечивало снег, заливало проспекты и изящные дома старой постройки, лучи его отражались от стекол, льда и металла тут и там, создавая ощущение повсеместной иллюминации. Ослепляемый, Геннадий продолжал свой путь, ступая тяжелыми ботинками по местами рыхлому, а местами и примятому, снегу. Периодически он игриво переходил на бег, скольжение, прыжки, совершая вышеописанные действия картинно, будто бы в театре, - так он поступал, минуя ледовые корки или скользкие в зимних условиях металлические поверхности. Геннадий миновал женщин и детей, ждущих на морозе автобуса, попрошаек, героически не отступающих пред лицом погоды мужчин, уныло бредущих по улицам города, а также множество другого люда. Многим из них наш Геннадий мог бы помочь и словом, и делом, если бы хотел, но в сий момент он любовался красотой мира вокруг - обледеневшими ветками деревьев, сосульками, отражающими свет, блестящим снегом, кошкой, что, мяукая, запрыгивала в форточку теплого родного дома, машинами и всем, всем, всем. Мужчине не было дела до человеческих тревог и проблем, что окружали его сознание всю жизнь. И он решил еще раз закурить и даже спеть, последнее же привлекало внимание людей и слегка сердило их, настораживало. Кому-то, конечно, как и всегда, было все равно, а для кого-то веселье никогда не кончалось, - Геннадиево пение лишь добавляло каплю к их безбрежному и неэмоциональному океану радости.

Улицы, большие, малые, широкие и узкие, на три дома и на сотню, оживленные и богом забытые. Времени у Геннадия было много, он проходил их одну за другой, погруженный в свой прекрасный мир - последний был, воистину, полон красок. Набережная. Пятисекундное стояние на ее входе было для Геннадия чем-то необходимым - будто бы он спрашивал разрешения на аттенданцию, но по сути уже знал ответ. Спокойным шагом устремившись к кладке, обрамляющей реку, мужчина готовился прыгнуть на нее, пройти по самому краю, разделяющему его со льдом и водою, не было ему терпения насладиться и этой частью городского безумия. Он жил полной жизнью.
По меньшей мере, ему так думалось. Хотелось думать. Он ей жил.

Наконец, пришло время заняться тем, что послужило причиной приезда. Геннадий взглянул на часы, будильник, конечно же, был выставлен на полдень, но не на рабочее время. О последнем он редко когда забывал; загадка лишь - зачем помнить о достижении двенадцати часов? Скорость шага мужчины увеличилась, пусть и незначительно, поступь стала детерминированной, солидной, тяжелой, но никакой поспешности в движениях не заметил бы и наиболее матерый психолог. Над городом тем временем уже стоял морозный вечер - людей становилось меньше, а разноцветных теплых огней их домов, делающих дело многосторонней и разнообразной подсветки снега и друг друга, - больше. Геннадий отмечал что-то про себя, на самом деле сейчас его не сильно волновавшее, - бедность молодежи города, устаревший автобусный парк, покосившиеся дома, нарушенные коммуникации. Все это осталось в его прошлой жизни. "Все это осталось в прошлом", - подумал Геннадий и заметно повеселел, - его внимание снова приковали огни, ночь, наиболее яркие из видных глазу звезд. Голова мужчины, несмотря на четкость шага и намерений, вертелась по всем сторонам.

Ноги не уставали, пронося его сквозь парк, аллеи, площади, церкви, переходы дорог и проулки. Наконец, Геннадий вышел из исторической (и наиболее бурно живущей) части города, попав в район одноэтажной застройки личными домами. Редкое освещение, как мы его обычно и встречаем в подобных местах, помогало находить дорогу по скрипящему под ногами снегу. Чем дальше от центра, тем его - освещения - было меньше, а дома казались все беднее и старее. Кое-где был слышен говор, иногда шум, крик, лай и вой собак, дребезжание движков, отголоски телепередач. Внезапно все стихло. Свет притух, затем погас, затем снова озарил, ежели сравнивать с абсолютной чернотой ночи, улочку. Звуки вернулись. "Приближаюсь", - подумалось Геннадию, знакомому с системой изменчивых обстоятельств.

"Уууу..." - протяжно взвыла собака. Обрыв. Звуков больше нет.
Не стало и света, и жизни вокруг. Геннадий стоял посреди мертвого мира, вероятно, мира, организуемого этим "явлением". На него из полной темноты, он знал это, смотрели сотни глаз выломанных стекол домов, оттуда - сотни глаз мертвых глазниц, какая тьма была дальше, он не хотел представлять. Объекты этого мира существовали не более, чем мыслью, глаза и прикосновения не различали ни единой точки опоры. Прямо на перекрестке перед Геннадием застряла, буквально застыла, собака, смотрящая прямо на него. Истукан, недвижимый, невидимый, - жил своей жизнью, активной, деятельной, - она смотрела. Геннадий, как и всегда, никак не мог привыкнуть к выходкам феноменов, с которыми имел дело. Да и никто не мог бы - передаваемые ими в наш мир эффекты всегда были разными, было трудно проводить параллели на любой стадии наблюдения. Сейчас мужчине было страшно - подобный мир, забытый всеми, живущий в вечной тьме, индифферентный, безэмоциональный, копошащийся у тебя за спиной с неизвестным намерением, мир, погружающий только в отчаяние, либо только внутрь субъекта, являлся ему лишь в кошмарах. Пришло время снять рюкзак - он давил на спину. Вынужденная, насильственная улыбка промелькнула на лице Геннадия - какая сатира, носить с собой рюкзак, полный не нужного в настоящей неизведанности, может быть, опасности, барахла. Почему-то в этот момент сомнения ему подумалось про пену для бритья, лежащую где-то в недрах снаряжения. Достать ее, пойти вместе с ней?

В рюкзаке был даже фонарик. Геннадий по прошлому опыту знал, что он не сработает. Как не будет толку и от его одежды, пуговиц, той же пены. Реальность столь многогранна, что может позволить вам выглянуть из-за своего угла и увидеть там свое же последнее измерение - есть чему порадоваться, вы ее познали. Геннадий двинулся в сторону собаки, к перекрестку. И миновал его. Затем ему пришлось идти долго, на сугубо субъективное же ощущение пространства. Было даже чувство, что он заходил глубоко под землю, а там пролагал свой путь сквозь огромные, отдающие тяжелым и тихим естественным (неестественным) гулом, пустые и отчаянные, бетонные перекрытия колоссальных размеров. Геннадий уже понял, что заблудился и оказался черт знает где. Перед "взором" мужчины через пару минут оказалось целевое здание - обрушенная школа, толстостенной кирпичной кладки, в давящем стиле строений 30х годов. Вокруг нее бегали дети с пустыми черными глазницами. Они даже смеялись, отчего Геннадию совсем захотелось вернуться за конфетами. Путешественник сделал еще пару шагов, дети резко встали и уперлись в него взглядами, - возможно, это была пародия на известную детскую игру. Тем временем, Геннадий все еще продирался сквозь кромешную темноту, к школе, пока же он был увлечен сим занятием, его нога уже ступила на порог, а вторая занесла тело внутрь. Молчание захлопнуло дверь.

Явление было где-то тут, впрочем, оно было и прямо тут все свое время. В темнице без света слегка различился пульсирующий огонек слегка серого, все еще больше черного, цвета, не освещающий вокруг себя ровным счетом ничего из окружающей мебели - богом забытых парт, шкафов и детей. Геннадий взял явление рукой, после чего встал и вышел из школы. Это было здание 30х годов, с толстостенной крипичной кладкой, со старыми партами, шкафа... Снег хрустел под его ногами, а внизу поляны виднелась слегка освещенная деревня. Было видно, как где-то далеко внизу собаки погнались за стремительно минующей переулки машиной, озаряющей фарами солидный участок пригорода. Лай и рев мотора заставляли дверь быть открытой.

Геннадий спустился к рюкзаку, который остался на одном из проулков, близ перекрестка, проверил его целостность, затянул лямки и пошел к вокзалу. До отъезда поезда оставалось еще часов шесть, но в планы мужчины входил ужин в полуночном кабаке и прогулка по городу. Слегка дрожащими руками мужчина воткнул в уши наушники, включил обожаемые композиции, сделал три неверных шага, после чего, пританцовывая, двинулся навстречу дарующему радость прекрасному миру. Геннадий упивался отражениями огней, снегом, звездами, людьми, архитектурой... Стоило ему вернуться центр, как он выключил плеер, прождал полминуты, вслушиваясь в звуки мира. Города. Пригорода, холмов за ним, окружающего леса и реки. Небольшой серо-черный камушек упал в нагрудный карман походного жилета. Геннадий ударил по карману, после чего застегнул содержимое на молнию и пуговицу.

Что только ни было в этом мире - все озарило его путь к еде, гостеприимному официанту, лежанке, прелести города и всем прочим картинам нашей жизни.

20:07 

-_-"

Люблю причинять людям радость!
Очень сильно занят на работе.
Сдаю отчеты, варю вещества, иначе исключат из аспирантуры, - подобная перспектива отвратна.

Начинается реализация операции "Аттенборо" по посадке меня на самолет до США (название самолета, конечно же, 913D "Улисс"). Наверное, с дайриком под рукой этим будет заниматься легче. Впрочем, ничего простого в процессе я не вижу, начиная от необходимости заработать круглую сумму на перелет и заканчивая наиболее крупной бедой - получением визы вышеприведенной страны.
Завтра сдаю документы на милый русский загранпаспорт. Благо, тут все (вроде как) очевидно.

Буду рад любому совету :)
До поры, видимо, дневник остается без должного контента - без артов, рассказов и прочего, хотя меня тянет этим всем заниматься не менее, чем раньше, - просто жутко не хватает времени.

23:56 

Велосипед из ада.

Люблю причинять людям радость!
Сегодняшний вечер прошел весьма странно. Я спокойно красил солдатиков к предстоящему турниру, как вдруг солнечный луч поразил мой глаз, заставив мое лицо обернуться в сторону зовущего и манящего своими прелестями мира - мира деревьев, подсвеченных нежным заходящим светилом, мира розовых высоток и хрущевок, мира красно-синего неба с небольшими и легкими облаками...
Я, недолго думая, снарядился в поездку - сумка через плечо, габаритки, вода, потрепанная военная шапка еще со сборов, - и поехал... "Куда?"- подумалось мне при выходе из подъезда. "В МГУ", - подсказали мне.
И вот я тронулся, под музычку Танцов Минус, OSTов из анимешечек и другого мискеллэйнеос русского рока. По мере моего перемещения Солнце садилось, а я, собственно, играл в старую добрую игру "догони закат".
Выехал я в 20.09 и решил засечь время, за которое преодолею путь. Надо сказать, что я побил свое прошлое достижение в 1.35, хотя и ехал весьма размеренно, с миром и покоем на душе, прокручивая в итоге раз за разом "Aimo, Aimo". Так вот, я был на Красной Площади в 20.35, а на месте уже в 21.21 (то есть, доехал за 1.12), причем последние минут 15 я тупо преодолевал преграду в виде моста (в прошлый раз была та же беда - по автодороге ехать противно, а по низу много приходится тащить на руках).
Тот факт, что сегодня давали салют, я осознал только попав в людскую пробку на Воробьевых. Проложив кое-как путь до химфака и метро "Университет", дабы купить дополнительной воды, я покинул суетное место, предварительно сделав звонок своим знакомым с целью встретиться, однако, ответа не получил. В итоге, мне ничего не осталось, как вдарить по педалям с целью добраться до Яузы раньше, чем прогремит салют (иначе я бы я попал в колоссальную человеческую движуху). Слабая часть плана заключалась в том, что народ вывалился на набережную Москвы-реки, что заставило меня сбавить скорость втрое. В итоге окончание салюта застало меня точно под стенами Кремля, меня развернула милиция, направив в четко организованный поток граждан, где мне и вовсе пришлось спешиться, чтобы никого не убить.
Наконец, проторчав в толпе минут 10, я попал на улицу, параллельную манежу (в названиях не разбираюсь, извиняйте). Только я усадил попу на седло, как сзади меня поехал строй из 3х машин ДПС, извещающий об открытии движения, - всех загоняли на тротуары. Однако, у меня накипело, и я включил форсаж, обогнав патрульные машины и массив гражданских машин, следовавших за ними. Сломя голову, я вылетел на Лубянку, потом - на Китай-город, ну а там - на набережную Яузы, о которой уже начинал мечтать. Уж она-то всегда свободна...
И все бы ничего, ехал я и ехал, как сзади меня пристроился некий товарищ. Ехал он хорошо, в темпе, и господь бы с ним. Но затем, по какой-то непонятной причине (возможно, его раздражало то, что я на руле отбивал ритмы "Lion" из Macross Frontier), он самым циничным образом меня обогнал. Вообще, я привык к тому, что меня на улицах ДС обгоняют только мужчины на дорогих велосипедах и в подобающей форме, ну или, на худой конец, обгоняют элегантно. А это парень просто взял - и втопил, будто бы я еле плелся. В общем, у меня приключился бугурт (особенно на почве того, что я был уставший, и в нормальном состоянии ехал бы шустрее), после которого я врубил "Lion", "Northern Cross" и "Aimo O.C.", композиции, под которые возможно все. И включил свой дабл-гуренн-форсаж на оставшихся ресурсах. В общем, так как парнишка тоже явно был не промах, догонял я его от самой Бауманки и до Преобраги, а когда мы-таки поровнялись, он (ну или я, зависит от позиции вашего лагеря) уклонился от дальнейшего челленджа, свернув направо, ну а я ушел влево. Впрочем, у меня открылось, определенно, второе дыхание.
Итак, спонсоры сегодняшних гонок: Tengen Toppa Gurenn Lagann и Macross Frontier.
^.^

01:36 

Ryou Fujibayashi

Люблю причинять людям радость!
Ryou Fujibayashi, моя прекрасная Богиня, была изображена на досуге на листе бумаги. Досуг был краткосрочным, однако, растянутым во времени ввиду большой загруженности графика (в итоге бедняга рисовалась примерно месяц, будучи посреди дела отложенной на пару недель). Тем не менее, я втянулся на финальных этапах работы, отчего закончил сие творение шустрее, чем предполагалось.
Вполне вероятно, Рё отправится посылкой к И., несмотря на свою несколько неподобающую позу (только Рё в этом не виновата, она просто упала!).

%) не обращайте на меня внимания.

21:02 

Январь-февраль 2011 года. Что было?

Люблю причинять людям радость!
21 час при 28ми минутах времени. Воскресенье, биологической системой, склонной обособлять себя от мира под видом разумного существа, обуревает графомания.
Поэтому Миша, представляющий сию отдельную ячейку неделимого мироздания, берется написать о том, что было.
Январь, 1е. Новый Год в разгаре, несмотря на отсутствие одного из родителей при праздничном столе, все идет неплохо. В 2 часа ко мне приезжает Unyuu~, Николай Николаевич, с которым мы премило пялимся на ютубы и зорде до 8ми часов утра. Я смеялся до хрипоты, а потом, обессилев, залег спать.
Праздник был встречен в черных одеждах, при большом нагрудном кресте.
В силу некоторых причин третьего же числа января я слег с температурой в 40 градусов. Так как по жизни я не привык пользоваться услугами таблеток и медицинской помощи, оставаясь в постели на день-два до выздоровления, я продолжал лежать с той же температурой и на пятый день болезни, вплоть до числа 8го января. На шестой день приехала скорая, работники которой высказали мне пару нелестных слов, после чего вкололи обезболивающего (от меня поступила жалоба на боли в легких), от последнего же я чуть не ушел в астрал. Я как бы играл собою извне, для совершения действия моему сознанию, которое поселилось чуть правее и выше моей физической головы, приходилось отдавать голосовые команды телу: "Так, правая рука - вверх, на стол, стоп, теперь вниз, - взять вилку. Вилкой обычно кушают. Берешь вилкой вот этот картофель, затем кладешь в рот..."
На следующий день был врач, которая была разочарована моим поведением и сокрытием недуга от поликлиники. Она прописала лечение селективными антибиотиками от пневмонии, от госпитализации я вежливо отказался - ну нет в больницах интернета. К счастью, антибиотики помогли, температура спала, а мне стало легче.
Пролежав еще недельку для верности, я вышел на работу. Был конец января. И все же, я понимал, что мое самочувствие не улучшается. Вскоре показалась на свет и причина - масштабная кровопотеря в процессе, простите меня, дамы, дефекации.
Наскоро поставив с сэром Unyuu~ пару-тройку смертельных диагнозов, я отправился в поликлинику, где меня отправили на ректороманоскопию ввиду отсутствия признаков столь банальных болезней, как, например, геморрой. Про подготовку к РРС и саму процедуру заинтересованные лица могут узнать из ресурсов интернета при помощи стандартной процедуры гугления.
В первых числах февраля я-таки стал королем баттхерта по причине прохождения РРС. Патологий не выявлено, хотя я продолжал стабильно терять кровь по 20-30 мл в день. Расчет показал, что, с учетом регенерации крови, я начну страдать от потери оной через 50 дней.
Поэтому я снова пошел на работу ^.^
Наконец, прошло еще 30 дней, суть проблемы обросла эмпирическими подробностями и закономерностями, касающимися количества алой жидкости и времени ее выделения. Однако, улучшения не наблюдается и по сей день, что заставляет принять более решительные меры.
Параллельно я успел погулять с одной милой дамой в канун 8го числа марта (кончилось это такси в 3 ночи в долг), а затем, прямо 9го числа, свет наших (моих) очей посетила "почившая в Америке" девушка И.. Несмотря на мои предубеждения по поводу возможных исходов подобной встречи, я остался относительно спокоен и непоколебим, по меньшей мере, я не забился в истерике. Мы успели даже покататься в метро, как в старые времена, а также перетерли разные темы. Кажется, что она не меняется, хотя, конечно, это ошибочное мнение.
Так как графомания не утихла, я напишу еще о чем-нибудь постом выше.
Для милой девушки, имя которой тут не афишируется даже в форме инициалов, однако, существование которой упоминается в данных текстах три раза, была нарисована картинка следующего рода:


00:59 

It's Kasane's turn forever!

Люблю причинять людям радость!
Kasane Teto , которая вскоре оказалась бережно помещенной в рамочку и подаренной милой И.. Дошел ли подарок до адресата, или же пропал на подступах к ее строптивому характеру, - кто скажет нам правду?

21:10 

Комплексы рвутся наружу сознания, но клетка прочна - покуда?

Люблю причинять людям радость!
Девка с длиннющей катаной, которой можно соединять крыши домов. Ленточки, - куда ж без них. Неправильная анатомия рук - операционка уже в пути. Красные светящиеся глаза - на скане не видны, ибо он черно-белый. Берцы. Впрочем, хватит представлений, ибо девушка уже стоит недовольная, поставила свой огромный меч на пол и наполняется чувством нетерпеливого раздражения.

А посуда вперед и вперед...

главная